Илиада Гомера — Одиссей: в чём роль Пенелопы? Верность мужу или забота о сыне?

Мы привыкли считать «Одиссею» Гомера историей о крутом парне, который десять лет сражался под Троей, а потом ещё десять лет пробивался домой сквозь штормы и циклопов, совокупляясь с богинями и нимфами. Мы смотрим на Одиссея и видим героя. Мы смотрим на Пенелопу и видим верную жену.

Но давайте на минуту отложим эти клише. Что, если это история не о путешествии мужа, а о взрослении сына? И что, если главная победа в этой истории принадлежит не Одиссею с его мечом, а Пенелопе с её бесконечным ткацким станком?

Образ отца в бессознательном.

Прежде чем мы вернёмся в Итаку, остановимся на терминах. В психоанализе «отец» рассматривается прежде всего как символическая фигура, выходящая за рамки биологического отцовства.

Отец — это тот, кто вносит закон. Он третья вершина в треугольнике «мать — ребёнок». Если мать — это океан безусловной любви, заботы и (иногда) поглощения, то отец — это берег. Он тот, кто говорит ребенку: «Мир не ограничивается только тобой и мамой. Там, за порогом, есть правила, есть другие люди, есть твоё предназначение».

Чтобы ребенок прошёл через свой Эдипов конфликт (то есть перестал считать себя центром вселенной матери и стал самостоятельным субъектом), ему нужен этот образ отца: сильный, достойный, значимый.

Телемах: сын в ожидании закона, воли и пути к своим свершениям.

В начале поэмы мы видим Телемаха. Ему двадцать лет, в его доме бесчинствуют женихи, они проедают его наследство и оскорбляют его мать. Телемах в ярости, но он бессилен. Почему? Потому что у него нет «внутреннего отца». Он вырос в доме, где место главы пустует. Для Телемаха Одиссей — это миф. Но именно здесь начинается великая работа Пенелопы.

Ткань Пенелопы: не просто хитрость, а психическая работа.

Пенелопа годами ткёт саван и распускает его по ночам. В популярной культуре это символ женской верности и хитроумия. Но в психоаналитическом смысле Пенелопа выполняет важнейшую материнскую функцию — она удерживает место отца вакантным.

Она не говорит сыну: «Твой отец бросил нас», «Он неудачник», «Забудь его, выбери себе нового папу из этих женихов». Своим ожиданием она сообщает Телемаху: «Твой отец существует. Он герой, он стоит того, чтобы его ждать. И его закон в этом доме всё еще действует».

Это и есть «передача образа». Пенелопа создаёт в психике сына пространство, где Одиссей — не «конченный ублюдок», который променял семью на войну и нимф, а мощная фигура, на которую Телемах может опереться, чтобы в итоге самому встать с кресла и отправиться на поиски.

Примеры из жизни: когда Одиссей не вернулся.

Давайте перенесемся в наши дни. Разводы, расставания, «исчезновения» отцов — это реальность, с которой сталкиваются миллионы. И здесь мать оказывается перед выбором, который когда-то сделала Пенелопа.

Сценарий травмы: «Твой отец — подлец, он нас предал, не будь как он». Что получает ребёнок? Он получает «отравленный» образ внутри себя. Ведь он наполовину состоит из отца. Ненавидя

отца через слова матери, ребёнок начинает ненавидеть часть себя. Его Эдип не разрешается, он остаётся «приклеенным» к материнской боли.

Путь Пенелопы: «У нас с твоим отцом не сложилось как у мужчины и женщины. Но он был человеком, который умел мечтать, был смелым, любил тебя. Ты — продолжение его лучших качеств».

Передать образ отца — это не значит врать. Это значит отделить свои обиды как жены от прав ребёнка на отца. Даже если отец физически отсутствует или ведёт себя недостойно, материнское слово может сохранить «символического отца» — идеал, который поможет сыну или дочери повзрослеть.

Поиск отца — это путь к себе.

В мифе Телемах не дожидается Одиссея во дворце. Он садится в корабль и плывёт искать вести о нём. Психоаналитически — он отправляется в путешествие за собственной мужской идентичностью. Но прежде, чем совершить собственный подвиг, ему необходимо услышать от других: «Твой отец был великим». Ему нужно подтверждение, что он — сын героя.

И когда Одиссей наконец возвращается, Телемах уже готов встать с ним плечом к плечу. Он уже не тот испуганный мальчик. Он прошел свой Эдип, потому что мать сохранила для него трон отца в чистоте. «Одиссея» — это урок о том, что образ отца в душе ребёнка строится из слов матери. Пенелопа не только ждала мужа, но и строила психику сына.

А что мы «ткём» в глазах наших детей? Какой образ отца мы передаём им?

Возможно, стоит иногда «распустить ткань» своей обиды, чтобы дать ребёнку шанс обрести своего внутреннего Одиссея.

Подвиг Телемаха.

В «Одиссее» есть поворотный момент: герой возвращается в свой дом, в образе немощного старика. Для Телемаха, психоаналитически это момент начала восстановления отца. Отец возвращается в психику сына. И именно здесь Телемах проходит свой главный экзамен.

Вскоре происходит сцена, в которой напряжение достигает пика. Один из женихов, желая унизить Телемаха и спровоцировать его, бросает в него тяжёлый предмет. Унижение, за которым стоит прямое приглашение к разрушительному действию. Психически это звучит очень просто: «Докажи, что ты мужчина. Убей — или будь уничтожен».

Телемах находится ровно в той точке, где чаще всего ломаются. Его переполняет ярость, стыд, бессилие. Импульс очевиден: ответить ударом, сорваться, дать волю аффекту. Но происходит нечто иное. Телемах выдерживает. Он не отвечает. Он разворачивается и уходит, произнося фразу, которая и делает его взрослым: «Сейчас не время».

И в этот момент тяжёлый предмет, пущенный в сына, разбивается о спину идущего следом «старика» — его отца. Если перевести эту сцену на психоаналитический язык, становится ясно, это ключевой момент становления субъекта.